4 тайны Афанасия Фета

Вне всяких сомнений, что вся жизнь Афанасия Фета – это цепь таинственных событий, из которых можно выделить четыре основные тайны, которые достойны увлекательного детектива или киносериала:

1. Тайна рождения

Тайна рождения выдающегося русского поэта 19 века Афанасия Фета не идет ни в какие сравнения с таинством происхождения на свет других знаменитых личностей, родившихся при загадочных обстоятельствах.

Биография  Фета начинается просто с шекспировских страстей. Богатый орловский дворянин Афанасий Неофитович Шеншин, 45-летний человек гусарского склада, бывший ротмистр, находясь на лечении в Германии, без памяти влюбился в 20-летнюю матушку будущего поэта Шарлотту Фет. Помехой этой страсти не стало ни то, что дама была замужней, ни то, что у нее была уже дочь, ни то, что дама была уже беременна Афанасием... Вдвоём они уезжают в Россию.

Вот и получается, что фактически биологическим отцом Афанасия Фета является первый муж Шарлотты – Иоганн-Петер-Карл-Вильгельм Фет.

Будущий поэт появляется на свет  в селе Новоселки Орловской губернии. Мальчика записали как сына Афанасия Неофитовича Шеншина, матерью была – Каролина Шарлотта Фёт, приехавшая из Германии. Родители не состояли в браке. Мальчик был записан сыном Шеншина, но когда ему исполнилось 14 лет, обнаружилась юридическая незаконность этой записи, что лишало его привилегий, дававшихся потомственным дворянам. Отныне он должен был носить фамилию Фет, богатый наследник внезапно превратился  в «человека без имени», сына безвестного иностранца сомнительного происхождения. Фет принял это как позор.

Вернуть утраченное положение стало навязчивой идеей, определившей весь его жизненный путь. Он всеми правдами и неправдами стремился вернуть себе утраченные дворянские права, сначала рвением в университетской учебе, затем усердием в военной службе. Но, к несчастью, табель  о рангах несколько раз пересматривался, а ценз для получения заветного потомственного, или хотя бы личного дворянства, повышался. А.Ф. удалось дослужиться до звания штабс-ротмистра, получить ордена святой Анны 2-й и 3-й степени, но заслуги ни на шаг не приблизили его к заветной мечте.

Так продолжалось до тех пор, пока о неравной борьбе поэта со временем не доложили царю, который и решил все проблемы специальным указом. Поэтому Фет не только получил наследственное дворянство, но и вернул назад своё родовое имя. Только представьте себе, что борьба за возвращение утраченного заняла около 40 (СОРОКА!) лет, пока в 1873 году высочайшим указом ему не разрешили вновь пользоваться отцовской фамилией и не подтвердили принадлежность к дворянскому сословию.

2. Тайна любви

Все мы знаем, что бессмертия на земле не существует, однако, пока стоит наш мир, пока люди читают поэзию, память о возлюбленной Афанасия Фета, претерпевшей мучительную смерть, будет жить вечно. Не будь ЕЕ – не было бы того Фета, который навсегда остался в русской литературе великим поэтом. На огненный жертвенник любви ОНА возложила свою жизнь, а ОН, более 40 лет после трагедии, посвящал ей свою любовную лирику, раскаиваясь, что когда-то пожертвовал самыми задушевными стремлениями и чувствами ради единственной цели – быть богатым и именитым.

Литературоведы утверждают, что лирику Фета нельзя понять вне Марии Лазич, удивительной, не от мира сего, девушки, любовь к которой поэт пронес через весь свой творческий путь. Именно эта любовь привнесла в жизнь поэта драму и придала трагическое звучание всем его стихотворениям.

Мы уже писали выше о том, что, когда 14-летний Афанасий против своей воли получил фамилию «Фет», он тут же превратился из русского столбового дворянина в немца-разночинца. Такой крутой поворот в его судьбе в один миг стал источником его несчастий и бесчестья. Он лишился социального положения, дворянской привилегии, права наследования родового имения Шеншиных.

.Бал как бал, но вот тут появляется Она. Высокая, стройная и очень чувствительная к взглядам, брошенным на нее. Она будто из другой реальности. Дочь обедневшего помещика-вдовца с сербскими корнями, зовут Мария Лазич.  Там он и познакомился с ней.

22-летняя девушка была начитана и романтична, любила стихи Фета. На почве любви к поэзии молодые люди вскоре сблизились и полюбили друг друга. Со дня их первой встречи прошло почти два года, и окружающие стали смотреть на них уже как на жениха с невестой. 

…Мария Лазич станет единственной музой Фета. Он будет любить ее и винить себя… Он посвятит ей сотни стихов. Благодаря ей появится тончайшая по интонации фетовская любовная лирика.

… Есть только одно трагическое «но»…

Она не услышит эти стихи – они будут создаваться  в течение сорока лет после ее смерти.

3. Тайна смерти

…К сожалению, у  Афанасия Фета были душевнобольные родственники. Два его брата, уже, будучи взрослыми, потеряли рассудок. Мать поэта под конец жизни тоже страдала безумием и умоляла лишить ее жизни. Незадолго до брака Фета с Марией Боткиной его сестра Надя тоже попала в психиатрическую клинику. Брат навещал ее там, но она его не узнавала. За собой поэт часто замечал приступы тяжелей меланхолии. Он все время боялся, что, в конце концов, его постигнет та же участь.

Опасаясь этого наследственного безумия,  А.Ф. поклялся себе, что,  при первых же его признаках,  покончит с собой.  Аполлон Григорьев – друг детства и юности Фета – писал о нём: «Я не видел человека, которого бы так душила тоска, за которого бы я более боялся самоубийства. Я боялся за него, я проводил часто ночи у его постели, стараясь чем бы то ни было рассеять страшное хаотическое брожение стихий его души».

И вот тут мы подходим к последней трагедии, разыгравшейся  в  жизни поэта.  21 ноября 1892 г. А.Ф., торжественно выпив бокал шампанского,  и, найдя предлог, выпроводил из дома жену. Затем позвал свою секретаршу и надиктовал ей следующее: «Не понимаю сознательного приумножения неизбежных страданий. Добровольно иду к неизбежному». И подписал «21 ноября, Фет (Шеншин)». Потом, взяв стальной стилет для нарезки бумаги, размахнулся и ударил себя по виску, но промахнулся. Помешала секретарша, которая успела оттолкнуть руку поэта, державшего стилет. Тогда Фет кинулся на кухню, решив закончить начатое при помощи кухонного ножа, но, так и не успев до него дотянуться, упал. Секретарша, бросившаяся за ним, с трудом разобрала в его бессвязном шепоте только одно слово «Добровольно…». Не придя в сознание, поэт умер. Его похоронили в селе Клейменово, родовом имении Шеншиных.

А.А. Фет был сильным человеком, всю жизнь боролся и достиг всего, чего хотел: завоевал себе имя, богатство, литературную известность и место в высшем свете, даже при дворе.

Попытка самоубийства поэта вовсе не была проявлением минутной слабости, она, скорее всего, была доказательством его железной воли, с помощью которой он преодолевал крутые виражи нелегкой доли, несправедливо обошедшейся с ним. Он сделал свою жизнь такой, какой хотел ее видеть, и точно так же попытался «сделать» и свою смерть.

Непредвиденное обстоятельство - сердечный приступ – помешало задуманному.

4. Тайна поэзии

Да! Нам, наверное, вечно предстоит разгадывать эту самую главную фетовскую загадку! Ведь даже Лев Толстой, великий Толстой, ,  спрашивал, но не находил ответа на неё. Помните его слова об А.Ф.: «И откуда у этого добродушного толстого офицера берётся такая непонятная лирическая дерзость, свойство великих поэтов?»

Главный критик того времени неистовый Виссарион Белинский неоднократно выделял Фета, заявляя, что «из живущих в Москве поэтов всех даровитее г-н Фет».

А вот что говорил о поэзии Фета наш великий композитор П.И. Чайковский: «Считаю его поэтом абсолютно гениальным! …Фет в лучшие свои минуты выходит из пределов, указанных поэзией, и смело делает шаг в нашу область. Поэтому часто Фет напоминает нам Бетховена…. Подобно Бетховену, ему дана власть затрагивать такие струны нашей души, которые недоступны художникам, хотя бы и сильным, но ограниченным пределами слова. Это не просто поэт, а скорее поэт-музыкант, как бы избегающий даже таких тем, которые легко поддаются выражением словом».

…В 1843 г. в журнале «Отечественные записки» появилось стихотворение тогда ещё никому не известного 23-летнего поэта А.Ф.  «Я пришёл к тебе с приветом...», где он во всеуслышание назвал то, о чём пришёл рассказать в русской поэзии: о радостном блеске солнечного утра и страстном трепете молодой весенней жизни, о жаждущей счастья влюблённой душе и неудержимой песне, готовой слиться с веселием мира. «Подобного лирического весеннего чувства природы мы не знали во всей русской поэзии!» – воскликнул тогда критик Василий Боткин, автор одной из лучших статей о творчестве Фета.

Удивительно, что этот певец любви и природы в жизни был мрачным ипохондриком. Но в стихах Фета вы ничего этого не увидите. Для этого угрюмого, озлобленного человека, не верящего в людей и в счастье, акт поэтического творчества был актом освобождения, преодоления трагизма жизни, воспринимался как отдушина, как выход из мира скорбей и страданий в мир светлой радости.

Да, вот это судьба: фактически  чистокровный немец, Фет стал волею обстоятельств и своего таланта тончайшим русским поэтом – лириком и воистину вечным гражданином мира!